- Что случилось, маленький глупый брат?
- Я упал…
- И что? Когда я падаю, я не бегу к тебе со слезами и не плачусь маме в рубашку, - тем не менее, старший легко усадил брата к себе на спину и направился к дому. - Шиноби не должен показывать своих чувств, а тем более плакать, - наставительным тоном произнёс Итачи.
Коленку неприятно саднило, но маленький Саске уже не обращал на это внимания. Он со всей своей детской внимательностью и наивностью вслушивался в слова брата. Он понимал, что если хочет стать действительно сильным, то должен терпеть, но ведь было так больно… Слёзы сами наворачивались на глаза, когда старший аккуратно, стараясь причинить как можно меньше боли, обрабатывал раны брата.
- Спасибо, ниисан.
- Хм, маленький глупый брат, иди лучше поспи.
- Но… ты же обещал потренироваться со мной в метании сюрикенов!
- В другой раз, отото. Сейчас ты не в состоянии.
Послушавшись совета Итачи, Саске поднялся наверх и улёгся на свою кровать. Усталость и душевные переживания давали о себе знать, поэтому через несколько минут комната наполнилась спокойным дыханием маленького мальчика. Он спал. И ему ничего не снилось. Учиха Саске, настоящий шиноби и будущий капитан АНБУ, такой же сильный, как и его старший брат.
Проснувшись, младший почувствовал себя немного неуютно. За окном светило солнышко, но на душе было погано.
«Ах да, я же вчера так глупо опозорился перед Итачи, расплакавшись из-за какой-то ссадины!» - недовольно подумал он.
«Какая-то ссадина» тут же дала о себе знать, отдавшись жгучей болью по всей ноге. Саске нахмурился и встал с кровати. Проведя все необходимые утренние процедуры, он спустился вниз, позавтракал в гордом одиночестве (Микото с её вечными «Саске, милый, ты так мало кушаешь» не в счёт) и вышел на улицу. Он подошёл к своей любимой лужайке перед домом и, сняв ботинки, аккуратно наступил босой ногой на прохладный ковёр мягкой травы. Она была мокрой, но мальчика это не смутило, он хотел немного остудиться. Сделав несколько неуверенных шагов, он повалился на землю, впитывая запах свежей травы и сладко потягиваясь.
- Что ты делаешь, маленький глупый брат?
- Ты что слепой, придурок? Я лежу.
- Заткнись, идиот. Это я прекрасно вижу, но, может, ты объяснишь мне причину своего царственного лежания на холодной земле? Или тебе стало стыдно за вчерашнее, и ты решил покончить жизнь самоубийством?
Вот и обменялись любезностями. Но каждый из них уже научился видеть правду в этих грубых словах. На самом деле это звучало примерно так:
- Что случилось, маленький брат?
- Итачи-ниисан, мне так плохо и стыдно.
- Я понимаю, Саске. Не лежи на холодной земле, простудишься. А по поводу вчерашнего не расстраивайся, далеко не каждый становится ниндзя в шесть лет.
Старший аккуратно поднял голову младшего за подбородок.
- Ты опять плачешь, отото? - Итачи крепко обнял своего брата, слегка покачивая его из стороны в сторону.
- Нет.
- Тогда почему ты шмыгаешь носом?
- Немного простудился от лежания на земле.
- А почему у тебя всё лицо мокрое?
- Это всего лишь капельки росы.
- Правда? - Итачи наклонился и осторожно прикоснулся губами к нежной коже мальчика, провёл языком по его щеке и стал аккуратно сцеловывать влагу с его лица. - Тогда почему же они такие солёные?
Старший улыбнулся, а Саске покраснел и отвернулся, тогда Итачи встал и, потрепав своего отото по волосам, растворился в утреннем тумане. Младший сидел на мокрой от росы и его слёз траве и смотрел, как в молочной дымке исчезает его любимый брат.
Уходя, Итачи улыбался, ведь иногда даже самый опытный шиноби, гений, оружие своей деревни, может допустить маленькую слабость по отношению к самому дорогому на свете человеку и стереть с его лица пусть не слёзы, но хотя бы капли холодной утренней росы.
