В этот час в студии царила зловещая тишина — слышно было лишь тихое жужжание компьютеров и изредка шорох бумаги. Было уже почти 2 часа ночи, и приближающийся дедлайн угрожающе нависал над незаконченными моделями и разбросанными чертежами.
Киба потянулся, подняв руки над головой и застонав, взглянул на недостроенную модель перед собой. Это был полный бардак. Куски ДСП валялись на его рабочем месте, а инструменты были завалены эскизами и лекалами, которые он так и не доделал. Он часами гнался за вдохновением, ожидая той самой неуловимой «искры», а теперь, когда дедлайн уже душил его, он все еще был далек от завершения.
С вздохом он отодвинулся от стола и направился к небольшой кухне в задней части студии. Он наполнил электрический чайник водой и разорвал упаковку лапши быстрого приготовления. Когда вода закипела, его взгляд снова скользнул к рабочему месту Саске. Этот наглец уже несколько часов сидел неподвижно. Он с полуночи склонился над столом, словно окаменев и уставившись в свой ноутбук. Киба нахмурился.
«Не уснул ли о там?»
Он подвинулся ближе к однокурснику, заглядывая за стопки идеально разложенных чертежных листов и моделей. Нет, Саске все еще не спал. Его взгляд метался по экрану, пока он с пристальным вниманием изучал свою 3D-модель.
Киба цокнул языком.
— Такими темпами ты превратишься в чертову статую.
Ответа не последовало. Тогда он прислонился к стойке, ожидая, пока вода в чайнике закипит.
— Рамен хочешь?
Тишина. Киба пожал плечами.
— Ну, как хочешь.
Он налил горячей воды в миску, подождал немного, а затем отнес ее обратно к своему столу. Похлебывая дымящуюся лапшу, он ещё раз взглянул на Саске и нахмурился.
Киба находился здесь по понятным причинам: он изо всех сил пытался закончить последнюю работу, потому что все время откладывал ее на потом. А вот Саске свою практически закончил еще с последней консультации. Киба видел его презентацию. Его листы были чистыми, схемы четкими, а планы помещений — действительно отшлифованными и законченными. Даже Какаши-сенсей ее похвалил. На месте Саске он бы провел последние несколько дней перед дедлайном, высыпаясь или смотря новый сериал.
«Так что же он, черт возьми, все еще делает в студии в этот несусветный час? — Киба вздохнул, запивая рамен бульоном. — Жуткий тип».
В 3 часа ночи Киба почти окосел от резки ДСП, когда его внимание прервал голос.
— У тебя нарушены пропорции.
Киба моргнул, оторвавшись от своей модели. Саске слегка наклонился над рабочим местом, пристально разглядывая его последнюю работу с тем же пристальным выражением лица, с которым разглядывал свои собственные.
— Чего? — нахмурился Киба.
— Расстояние между твоими колоннами неравномерно, — ответил Саске, указывая на кибины чертежи. — Система перемещения будет казаться разрозненной.
— Ох, простите, — фыркнул Киба. — Что-то не припомню, чтобы я просил твоего совета.
— Не просил. Но тебе он точно не помешает.
Киба заворчал, раздраженно проводя рукой по лицу.
— У тебя действительно талант заставлять людей жалеть о том, что они предложили тебе рамен.
Саске слегка усмехнулся, но ничего не сказал и вернулся к своему столу. Киба покачал головой и вернулся к работе. Между ними снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь редким шорохом бумаги и тихим щелчком клавиатуры Саске. Однако этот вопрос по-прежнему не давал покоя Кибе. Саске не исправлял ошибки. Он сам их искал. Корректировал то, что и так выглядело идеально. Что такого он видел в чертежах, чего не видел никто другой? Киба откинулся на спинку стула, его взгляд скользнул по распечаткам Саске. Этот мерзавец всегда был таким — безупречным, аккуратным, на голову выше всех остальных. Киба цокнул языком.
— Чувак, угомонись уже. Ты уже и так победил.
— Что? — переспросил Саске, не поднимая глаз.
— Угомонись, говорю, — Киба указал на рабочее место Учихи. — Твоя работа уже давным-давно готова. Она выглядела законченной еще до консультации. А ты с полуночи все с ней ковыряешься.
Саске не ответил. Киба пристально смотрел на него, затем выдохнул и покачал головой. Его взгляд скользнул по чертежным листам Саске. Несмотря на собственное раздражение, он не мог не восхититься и не позавидовать их чистоте и точности. Каждая линия была четкой, каждая пометка безупречно разборчивой, словно рисунки могли сами собой сойти со страницы и материализоваться. Пролистывая гравюры, он бегло просматривал каждый лист, оценивая уровень детализации, пока что-то вдруг не заставило его остановиться.
— Подожди, — Киба нахмурился, прищурившись, разглядывая один из участков трассы Саске. — Твои пандусы…
— А что с ними не так? — Саске наконец поднял взгляд.
— Они должны быть длиннее, — Киба указал на условия местности. — Уклон местности больше, чем учитывает твоя модель. Если ты их не удлинишь, уклон окажется слишком крутым.
Саске заметно напрягся. Киба с насмешкой наблюдал, как он тут же схватил лист и просмотрел размеры. Он уже корректировал модель, пересчитывая габариты. Его пальцы с бешеной скоростью заскользили по клавиатуре.
— Неужто ты это упустил? — ухмыльнулся Киба.
Саске не ответил, слишком занятый решением проблемы. Киба довольно откинулся на спинку стула.
— Ух ты! Я заметил ошибку, которую не заметил великий Учиха. Приятное чувство, — затем он потянулся, самодовольно улыбаясь. — Надо бы это добавить в свое резюме.
В его жилах забурлила новая энергия, сменив прежнюю усталость, которая его угнетала. Сытый и еще более самоуверенный, он почувствовал себя полным сил и готовым вернуться к работе. Он размял плечи, похрустел шеей и повернулся обратно к своему рабочему месту. С новой решимостью он схватил резак и линейку, его взгляд был сосредоточенным.
«Хорошо, приступим».
