Пн, 2017-07-24, 15:52

Вход · Регистрация
 
 
   
Главная » Фанфики » Свои персонажи

Красота весенней поры (Часть 2, глава 1)

     

Глава первая: Возвращение


Дверь со скрипом приоткрылась и в кабинет Хокаге, как всегда без стука, проникла девушка, прячущая что-то за спиной. Женщина, восседавшая за столом, заваленным папками, удивленно вскинула брови вверх.
- Привет, Тсунаде! А у меня для тебя подарок! – заговорщическим тоном прошептала девушка, оглядывая помещение на предмет наличия посторонних.
Посетительница, не удостоившая главу деревни приставкой «сама» или хотя бы «сан», подошла к столу и развязно плюхнулась в кресло, стоящее рядом. На стол Хокаге гордо опустилась пыльная бутылка с прозрачной жидкостью. Усталое лицо женщины расплылось в блаженной улыбке.
- Вот! Господин как его там… не важно, передал тебе это с наилучшими пожеланиями! – произнесла пришедшая, глядя, как женщина бережно стирает пыль с драгоценного подарка. – Он пытался меня напоить, но я уговорила его подарить это тебе! Видишь, какая я преданная куноичи?
- Вижу, вижу! Наливай! – ответила та, извлекая две рюмки размером с наперсток, заботливо приклеенные к нижней части крышки стола.
Наполнив содержимым маленькие емкости, куноичи чокнулись и одним глотком осушили рюмки. Так повторилось несколько раз. Наконец, видимо достигнув нужного эффекта, женщина откинулась в кресле и внимательно посмотрела на девушку, сидящую перед ней.
- Как прошла миссия? – поинтересовалась, наконец, Хокаге.
- Опять ты о работе! Нормально всё прошло. Всё, что надо, узнала. Отчет завтра отдам. Сегодня я отдыхаю! Надеюсь, вы не против, Хокаге-сама? – Девушка с ухмылкой протянула Тсунаде вновь наполненную рюмку.
- Да, пожалуйста! – в тон ответила та, принимая подношение.
Они снова выпили. Тсунаде лениво поглаживала себя по подбородку, девушка вальяжно развалилась в кресле. Идиллию прервал грозный голос, дрожащий от негодования.
- Это чем вы тут занимаетесь в разгар трудового дня?! – справедливо возмущалась Шизуне, оглядывая вырисовывающуюся картину.
Даже если бы виновницы вовремя спрятали бутылку и рюмки, запах саке, распространившийся по всей комнате, свидетельствовал против них. Хокаге нахмурилась, соображая, как бы сохранить уже открытую бутылку, не дав ней пропасть навечно в руках непомерно заботливой помощницы. Ситуацию спасла девушка, которая поднялась с кресла и, с невозмутимым видом двинулась навстречу к помощнице Хокаге.
- Шизуне! Ну, нельзя же быть такой строгой! – начала она ласковым, почти мурлыкающим голосом. – Это у тебя разгар дня, а у нас с Хокаге – обсуждение прошедшей миссии. А это подарок самого Феодала. Ты же не хочешь, чтобы мы его обидели и отказались от подарка?
Шизуне смутилась и пробубнила в ответ что-то насчет того, что стоило подождать с подарками, но её уже никто не слушал. Девушка, стоя в дверях, обернулась и обратилась к Тсунаде:
- Без меня не пей! Всё, я на отдых. Меня три дня не беспокоить.
С этими словами Харуми захлопнула за собой дверь. Шизуне в очередной раз подивилась наглости этой особы, а Тсунаде, вытянув под столом затекшие от непрерывного сидения на месте ноги, только улыбалась своим мыслям, подогретым выпитым саке.
- Кстати, насчет миссий! Команда Гая завтра возвращается, - прервала неспешный поток сознания главы деревни Шизуне. – Как думаете, с ними всё хорошо? У Хатаке и Хьюги всё… прошло?
- Да что ты так за них переживаешь? Нормально всё с твоим Хатаке, - проворчала Хокаге, возвращенная в мрачную действительность. Шизуне не стала комментировать слово «твоим», сделав вид, что пропустила его мимо ушей. - Яманака рапортовал, что с ним всё в порядке. Других тоже отпустило. Думаю, волноваться не о чем.
Хокаге, конечно, была права. Волноваться и вправду было не о чем. Но Шизуне всё-таки волновалась. Слишком много инцидентов случалось в последнее время. Всё новые и новые «жертвы» Харуми приходили к кабинету Хокаге, как к последней инстанции. Правда, последний месяц всё было тихо. Кажется, девушке всё же удалось полностью подчинить свой Кэккэй гэнкай.
Тренируясь и развиваясь, новоиспеченная куноичи пыталась овладеть своим исключительным умением, но для этих занятий нужны были подопытные. Первым стал сам капитан Ямато. К счастью, он был предупрежден о таком возможном исходе событий, поэтому, несмотря на смущение, все же пришел к Тсунаде с повинной. Чем дальше продвигалось развитие навыков Харуми, тем больше несчастных мужчин топталось под дверью кабинета Хокаге. По непонятным причинам, теперь чакра девушки действовала несколько иначе. Мужчины не просто влюблялись в неё. Теперь они стеснялись, почти боялись её, держались от девушки на почтительном расстоянии и почти никто, за редким исключением, не посмел признаться ей в своих внезапно возникших чувствах.
Но постепенно поток сошел на нет, это указывало на то, что успех в сём нелегком деле был, наконец, достигнут. Последним подопытным Харуми даже помогла. С помощью Сакуры она научилась вытягивать свою чакру, блуждающую по телу несчастных влюбленных, как медики вытягивают яд. Шизуне сама как-то раз наблюдала этот процесс. Чакра девушки была очень густой из-за примеси неизвестного вещества, и выходила из тела «жертвы» маленькими оранжево-розовыми гусеницами. Затем эти гусеницы сливались с тем, что испускала из себя девушка. Тонкие щупальца, теперь вполне осязаемые и видимые невооруженным глазом, произвели на Шизуне довольно неприятное впечатление. Они угрожающе извивались при каждом движении Харуми, а уж про их качества в бою помощница слышала от Хокаге столько красочных рассказов, что ей становилось не по себе. Но, слава Ками, Харуми выпускала их только при крайней необходимости, зная, какое действие это зрелище производит на окружающих.
Да, теперь она стала сильной куноичи. Но главный упор в её заданиях Тсунаде всё же делала на разведку, поручая всю грязную работу сопровождению шпионки. Харуми никогда не подводила. Вот и в этот раз она вернулась не с пустыми руками, в прямом смысле этого слова. Шизуне хорошо понимала, какую выгоду Коноха получала от этой девушки, но все-таки не могла полностью ей доверять. Может быть, это была просто женская ревность, вызванная тем, что невозмутимый Хатаке Какаши тоже пал жертвой покорительницы мужских сердец. Может быть, это было вызвано тем, что прошлое девушки, не смотря на её старания, так и осталось тайной. Шизуне решила не растрачивать себя попусту на эти вопросы. Время само расставит все по местам.
«Посмотрим, что же будет завтра» - решила она, краем глаза замечая, как Тсунаде снова наполняет свою рюмку.

* * *


Солнце еще стояло в зените, когда Хатаке Какаши, наконец, увидел ворота своей родной деревни. Но даже это дивное зрелище не могло вернуть сил знаменитому Копирующему ниндзя, настолько он устал от «Силы юности». Нет, бесспорно, он считал Гая своим товарищем, подыгрывал ему и принимал участие почти во всех безумных спорах, на которые тот его вызывал, но настолько плотное общение с ним вкупе с его любимым учеником оказалось не по зубам даже такому уравновешенному человеку как Какаши. От мелькающих повсюду зеленых трико тошнота уже подступала к горлу. Ни одно из злоключений, приключившихся с их командой во время этой затянувшейся миссии, не утомило шиноби настолько, как Зеленый зверь Конохи и его юный, но не менее зеленый ученик. Теперь Какаши даже сочувствовал Неджи и поражался его отстраненности от происходящего вокруг. Казалось, такое не замечать невозможно. Последней каплей стала предыдущая ночевка в лесу. Ли, оставшийся на карауле, неожиданно для себя заснул на посту. Какаши готов был голову отдать на отсечение за то, что этот юный шиноби и на минуту то не уснул, но Рок сам назначил себе строжайшее наказание – бегать вокруг лагеря до рассвета. Его заботливый учитель, вылезший из палатки на звуки рыданий и проклятий, решил составить ему компанию, после чего оба долго бегали вокруг поляны, подбадривая себя песнями и выкриками. К несчастью для всех, радиус поляны, по которой носились в ночи неутомимые ниндзя, был не велик, поэтому после двухсотого круга у Гая и Ли дал слабину вестибулярный аппарат и обоих начало тошнить от головокружения. Поспать в этом кошмаре не удалось никому, да и настроение было изрядно испорчено. Хатаке еле удалось отговорить незадачливых бегунов отложить свое новое наказание за невыполненное предыдущее до возвращения в деревню.
Тем не менее, за эту ночь ему удалось дописать свой отчет о задании, поэтому теперь ему предстояло только сдать его Хокаге, а потом запереться дома в блаженном одиночестве с любимой книгой. Видя, что Гай, Ли и Неджи, ушедшие далеко вперед, прощаются и расходятся по домам, Какаши направился прямо - по главной улице, - как всегда полной разномастного народа в это время дня. Торговцы и ремесленники выставили свои товары на деревянных лотках и телегах, подзывали к себе прохожих и расхваливали их прекрасный вкус, если тот или иной выбирал нечто с их прилавка. Хатаке, отвыкший от такой суеты, невольно замедлил шаг, а затем и вовсе остановился у одной из палаток, раскинувшихся в тени ближайшего дома. Глаза разбегались от такого буйства красок. На складном деревянном столе лежало множество великолепных, вырезанных из камней безделушек. Здесь были и изящные каминные слоники из белого и красного мрамора, изогнувшие свои хоботы в знак приветствия, и гибкие представители семейства кошачьих из черного оникса с желтыми глазами из топаза. Но внимание шиноби привлекла миниатюрная серебряная черепашка с панцирем из сапфира, сделанная в виде кулона. Цвет камня был глубоким, насыщенно синим, напоминающим о морских глубинах и ночном небе. Какаши заворожено смотрел на этот маленький шедевр ювелирного мастерства. Никогда подобные вещи не интересовали его. Из всех излишеств этого мира свои деньги он тратил только на книги, да и то на их довольно узкий круг. Какаши не экономил - его просто не интересовали подобные бренные пустяки, не приносящие ни пользы, ни удовольствия. Но сейчас он явственно ощутил внутри себя желание иметь эту безделушку в своем личном пользовании.
- Что выбрали? – поинтересовался продавец, видя, куда устремился взгляд правого глаза шиноби, и тут же поспешил добавить: – У вас великолепный вкус!
Какаши встрепенулся от туманного омута, куда он ушел с головой, вглядываясь в синеву панциря черепашки, и поспешно замахал руками.
- Я просто задумался, извините!
- Видать, неспроста вы тут остановились! Взгляните поближе! Такая тонкая работа! Такой превосходный, чистый цвет! Это был бы отменный подарок для вашей дамы! Какой у неё цвет глаз?
Услышав про цвет глаз, Какаши замахал руками с удвоенной силой. Продавец учтиво поклонился и завел разговор с другим покупателем. Мужчина остался в одиночестве. Теперь на него смотрела лишь черепашка, устремив на него взгляд своих проницательных глаз-бусинок. Поддавшись секундному искушению, Хатаке взял украшение в руку и поднес к глазу. Работа действительно была тонкая. Вблизи черепашка была ещё более симпатичной: несмотря на миниатюрность, ювелир проработал все мелкие детали, вплоть до складочек на коже и когтей на лапках. Поставив украшение на ладонь, мужчина принялся вертеть его, изучая, как свет преломляется на многочисленных гранях синего панциря. Через несколько минут Какаши уже шел по направлению к резиденции Хокаге, сжимая в руке серебряную черепашку и гадая, не владеет ли продавец каким-нибудь запретным дзютцу.
Сделав глубокий вдох, Хатаке постучал в дверь и, услышав знакомое громогласное «Да», вошел в кабинет главы деревни.
- О! Какаши-сан! Вы уже вернулись? – изумленная и чуть испуганная Шизуне переглянулась с Тсунаде. – Ой, что это я глупости говорю, ты же тут стоишь, значит, вернулись…
Подобное приветствие показалось шиноби странным. Здесь его явно не ждали. Впрочем, после последнего разговора с Хокаге, это было не так уж и странно. Скорее всего, постыдная правда всплыла наружу.
- Да, вот только пришли. Мы почти не отдыхали, чтобы вернуться скорее. Вот отчет, - Какаши протянул толстую папку женщине, сидящей за столом и сверлящей мужчину глазами, как ему показалось, немного пьяными. После этого Хатаке намеривался поскорее уйти, чтобы избежать неприятного разговора, но жесткий властный голос остановил его.
- Стоять! Мы ещё не закончили. – Пятая жестом указала на стул. Шизуне спешно покинула кабинет, не желая смущать мужчину своим присутствием.
- Ну? – развязно протянула Тсунаде. – Как у вас дела? – последнее слово она многозначительно растянула.
- Весь отчет в папке, - взял оборону Какаши, решив на этот раз не сдавать своих позиций так быстро.
- Ты же знаешь, что я не об этом! – разозлилась женщина.
- С нами все хорошо, - сквозь зубы процедил Хатаке. – Со мной, по крайней мере, точно.
- Ты уверен? – вплотную наклонилась к нему женщина, перегнувшись через стол, чтобы лучше рассмотреть хоть малейший признак неискренности в глазах подчиненного. – А то я больше не хочу никаких… инцидентов. Ты меня понимаешь?
- Со мной всё хорошо, - как попугай повторил Какаши, отчеканивая каждое слово и всем видом показывая, что этот разговор ему неинтересен. Тсунаде ещё некоторое время вглядывалась в лицо мужчины, выражавшее само спокойствие и отрешенность, и, наконец, сочла оное удовлетворительным.
- Это хорошо, потому что тебе, как одному из самых опытных шиноби Листа, придется работать с ней. Я пока не могу отпускать её без прикрытия.
- А что же так? Боитесь, что сбежит и разболтает все секретные сведения о Конохе?
- Боюсь, что её найдут те, кто искал ранее! Думаю, ты ещё помнишь этих милых зверюшек. Если это конечно были звери. - Тсунаде поморщилась от воспоминаний. – Кстати, одну нам удалось поймать, вернее, только часть от неё. Хвост! Но и это уже немало! Это очень помогло нам в исследованиях. Занимательная информация, скажу я тебе!
Какаши понял, что сейчас Пятая перейдет к длительным разговорам на тему строения ДНК или особенностей клеток, поэтому он поторопился вернуть разговор с прежнее русло.
- Значит, вы всё-таки сделали из неё то, что хотели? Как там? Универсальное оружие?
- Почти. Ей ещё нужно практиковаться, но результаты уже потрясающие. Разведка ликует! Столько новых данных!
- Я думал, данные у нас собирает Джирайя!
- Он не данные собирает, а венерические заболевания! – парировала Хокаге. – А Харуми делает реальную работу! И вообще, не пойму: ты её подозреваешь или защищаешь?
- А вы? – не смог сдержаться Какаши, понимая, что зря ввязался в эту беседу.
- Я? Неужели, ты, Хатаке Какаши, считаешь меня настолько беспечной и думаешь, что я могу поставить под угрозу тайны деревни, главой которой я являюсь, только потому, что эта девушка мне симпатична?
- Эм, ну что вы, я совсем не это…
- Хватит мямлить! Что бы там между вами не происходило, Харуми теперь шиноби скрытого Листа, и ты должен смириться с этим!
- А если она сбежит?
- Не сбежит! Ей некуда бежать, дурень! Она же ничего о себе не знает! Коноха – её единственный дом сейчас! Но если ты так настаиваешь, тогда вот ты и будешь следить за тем, чтобы она не сбежала!
После этих слов Какаши опустил голову и поплелся к выходу. Он и так уже наговорил лишнего, да и к тому же сам себя подписал на новое «потрясающее» задание.
- Последний раз спрашиваю! У тебя точно все прошло? – уже спокойным голосом спросила Пятая, опускаясь в кресло, отчего-то жалобно скрипнуло.
- Все прошло, - послышалось из коридора.
«Все прошло» - повторял про себя мужчина, выходя их темного коридора на яркий солнечный свет, заливающий маленькую площадь перед входом в штаб.
Какаши солгал главе деревни. Какаши лгал и себе на протяжении всего этого времени, пока не вернулся туда, где началась вся эта сомнительная история. Теперь он снова явственно чувствовал Её дурманящий запах, наполнивший всё окружающее пространство. Этот аромат обжигал, манил и тут же бесследно таял, оставляя на своем месте лишь запах дорожной пыли.
Во время своего путешествия, Какаши не раз хотел выговориться, но так и не смог ничего сказать Гаю - единственному человеку, которому он мог бы в такой ситуации доверить эти переживания. Но Гай оставался Гаем, говорить с ним на такие темы было бесполезно. Вот если бы на месте Гая был Джирайя… При всей своей инфантильности и умении опошлять даже самые невинные мысли, он всё же прекрасно разбирался в таких вопросах.
Дни шли, недели сменялись неделями. Но чувство, засевшее где-то глубоко внутри сердца шиноби, очевидно, нашло там удобную ложбинку и не собиралось покидать насиженного места. Вечная тихая скорбь по утраченным друзьям сменилась мучительной тоской. Сначала Какаши казалось, что он тоскует по дому, чего раньше с ним никогда не бывало. Но чем глубже он всматривался в себя, тем отчетливее проступали образы, видеть которые он хотел меньше всего. Навязчивые сны, полные томной неги и страсти, серые будни, которые скрашивали лишь отрывки воспоминаний, так некстати возникающие перед глазами. Её губы, изогнутые в усмешке. Локоны волос, струящиеся по хрупким плечам. Небрежный жест, позволяющий её пальцам на миг коснуться его руки. Темнота, пронизанная миллионами маленьких искр, выписывающих на небе невероятные узоры. И снова её глаза, на миг ставшие мягкими и изменившие цвет на нежно-васильковый.
И вот теперь Какаши стоял на разогретых солнцем ступенях и взирал туда, где состоялась их последняя встреча. Этот момент он ни разу не вспоминал. А теперь тот всплыл в его памяти со всеми мельчайшими подробностями, делающими картинку такой живой и от этого еще более отвратительной. Он вспомнил, как его рука сжимала её тонкую шею. Как пальцы чувствовали бешеный ритм, отбиваемый её сердцем и переходящий в пульсацию вен. От выброса адреналина кровь кипела в её теле. Перед шиноби снова всплыл тот неприглядный эпизод его жизни. Здесь девушка уже не была так хороша, как в других воспоминаниях. В её глазах, полных ярости и негодования, светилось только одно желание: покарать обидчика.
Харуми. Как много раз он ловил себя на мысли, что повторяет это имя, то нараспев, как мотив песни, то четко и размеренно в такт секундной стрелке, отсчитывающей время от их последней встречи. И вот он снова здесь, как будто и не было этих четырех месяцев, прошедших с момента расставания. Мужчину снова охватила ярость от собственной несдержанности. Теперь он был уверен, что поступил неправильно. Его слова были жестокими, и, судя по её реакции, очень задели девушку. Но как теперь извиниться за сказанное?
«Впрочем, столько времени прошло. Может быть, она уже и забыла про всё случившееся?» - размышлял Хатаке, но от этой мысли на сердце сделалось совсем скверно. Ведь он-то ничего не забыл. Не забыл не только ту ночь, которую они провели как любовники, но и все предыдущие, которые они провели как друзья. Если бы Какаши был с собой честен, то он давно бы признал, что нашел в Харуми отличного товарища, которого ему так не хватало. Её пытливый ум в сочетании с любовью к молчанию, делали из девушки прекрасного собеседника. С ней ему было легко. С ней он мог говорить об интересных ему вещах или просто молчать, если заводить разговор совсем не хотелось. С ней он мог быть собой.
Но вот теперь ему снова нужно было принять решение. Точнее решение то ему уже навязали. Тсунаде была права. Харуми теперь такая же шиноби Конохи, как и он. Поэтому, несмотря на свои противоречивые чувства, он, Хатаке Какаши, должен…
- Какаши!
Шизуне, выбежавшая из дверей, чуть не столкнулась с шиноби, застывшим на верхней ступени каменной лестницы, ведущей во внутренний двор, отгороженный стеной.
- Ты еще здесь! Уф! Тсунаде забыла тебе сказать, что завтра ты будешь участвовать в тренировочном спарринге.
- С кем? – Какаши почувствовал, как внезапно вспотели его ладони.
- Эм, ну, в общем, вашим противником будет Харуми-сан.
Именно этого ответа Хатаке одновременно боялся и хотел. Спарринг с ней? Зачем? Кому в голову пришла эта бредовая идея? Впрочем, кому именно принадлежал это гениальный план, было и так понятно. Хокаге развила нешуточную деятельность по протекционированию и продвижению девушки, на которую она, похоже, сделала ставку. Вот только в ставках госпоже Тсунаде всегда не везло.
- А зачем непременно я понадобился? Не кажется ли Хокаге-сама, что силы будут не в пользу моего партнера?
- Тсунаде хочет кое-что проверить, - увиливала от ответа помощница Хокаге. - Да и Харуми-сан много… эм…тренировалась.
- Ну что ж, посмотрим, на что она теперь способна, - улыбнулся Какаши, невольно вспомнив, как полоснуло его тогда по щеке одно из щупалец, выпущенных девушкой. Рана, оставленная этим тонким, но острым хлыстом, не заживала еще долгое время, напоминая о хозяйке странного оружия.
- И возьми с собой Наруто и Сакуру, им тоже будет полезно посмотреть на вашу тренировку.
Шизуне не стала говорить о том, что Хокаге приказала обязательно привести свидетелей, чтобы те могли достоверно подтвердить и описать результаты боя, хотя сама Шизуне предполагала, что Хокаге просто боится оставлять этих двоих наедине. Как не пытался уверить Какаши свою начальницу в том, что с ним всё хорошо, женская интуиция подсказывала Хокаге не обострять ситуацию.
     

Публикатор: kashara 2012-03-02 | Автор: | Бета: Nicka_veronica | Просмотров: 876 | Рейтинг: 5.0/4
FireMonster

FireMonster   [2012-03-14 20:51]

Ну наконец то!!! Я дождался!!! Для начала неплохо !
quote
kashara

kashara   [2012-03-15 00:11]

Большое спасибо за комментарий :) Дальше будет интереснее!
quote
Иночка

Иночка   [2012-03-16 13:25]

Супер! А порода будит? Ес будит, то арание спасибо автор чан
quote
kashara

kashara   [2012-03-16 19:13]

Будет-будет, не сомневайтесь! Не люблю не доводить дел до конца :) спасибо за комментарий! Очень приятно, что тебя читают ^___^
quote